Он понимает, что опасность давно миновала, но мозг и тело реагируют так, словно всё происходит прямо сейчас: учащается сердцебиение, появляется паника, а перед глазами вновь возникают детали пережитого.
Так могут проявляться навязчивые воспоминания и флешбэки при посттравматическом стрессовом расстройстве. Человек не просто вспоминает произошедшее, а словно заново переживает его.
Теперь ученые проверили новый способ уменьшить силу таких воспоминаний. Сначала пациентов просили мысленно вернуться к травматическому событию, а затем воздействовали магнитными импульсами на участок мозга, связанный с гиппокампом — одной из ключевых структур памяти.
Первые результаты выглядят обнадеживающе. Однако речь пока идет не о возможности стереть прошлое, а о попытке ослабить болезненную реакцию, которая возникает при его возвращении.
Что именно сделали ученые
Новую работу провела группа исследователей под руководством Оливии Дезачьо. Результаты опубликованы в научном журнале Brain Stimulation под названием Hippocampal-network transcranial magnetic stimulation to target reactivated intrusive memories: A proof-of-concept study in PTSD treatment.
В эксперименте участвовали десять взрослых с посттравматическим стрессовым расстройством. Каждый из них прошел пять сеансов с интервалом примерно в неделю.
В начале сеанса участника просили намеренно вызвать одно из мучительных воспоминаний. Затем исследователи применяли повторяющуюся транскраниальную магнитную стимуляцию, или рТМС. Во время этой неинвазивной процедуры катушка возле головы создает короткие магнитные импульсы, способные менять активность определенных участков коры.
Главной мишенью был гиппокамп. Эта глубокая структура мозга помогает связывать события с их временем, местом и обстоятельствами. Однако обычная магнитная стимуляция не может напрямую достичь гиппокампа: он расположен слишком далеко от поверхности головы.
Поэтому исследователи нашли обходной путь. Перед началом лечения каждому участнику провели функциональную магнитно-резонансную томографию и определили на поверхности мозга участок, наиболее тесно связанный с его гиппокампом. Именно эту индивидуально выбранную точку стимулировали после возвращения человека к травматическому воспоминанию.
После пяти сеансов у участников уменьшилась выраженность навязчивых воспоминаний и других симптомов ПТСР. Ученые также обнаружили изменения в связях между стимулируемой областью коры и гиппокампом. Авторы назвали результаты предварительным подтверждением того, что воздействие на сеть гиппокампа может облегчать симптомы, связанные с травматической памятью.
Почему воспоминание можно изменить после его возвращения
Идея эксперимента основана на одном из наиболее важных открытий современной науки о памяти.
Долгое время считалось, что мозг сначала записывает новое воспоминание, затем закрепляет его, после чего оно хранится почти неизменным. Извлечение памяти представляли как открытие уже готового файла.
Однако в действительности воспоминание может меняться каждый раз, когда человек к нему возвращается. После извлечения оно на короткое время становится менее устойчивым, а затем снова закрепляется в памяти. Этот повторный процесс называют реконсолидацией.
Одной из ключевых работ в этой области стало исследование Карима Надера, Гленна Шейфа и Джозефа Леду, опубликованное 17 августа 2000 года в журнале Nature.
Ученые выработали у крыс страх перед определенным звуком, сочетая его со слабым ударом током. Затем животным снова включили звук, чтобы вызвать воспоминание об опасности, и ввели в миндалевидное тело препарат, блокирующий образование новых белков.
После этого реакция страха резко ослабла. Но если тот же препарат вводили без предварительного возвращения воспоминания, память сохранялась. Не помогало вмешательство и в том случае, если его проводили через шесть часов после напоминания.
Авторы пришли к выводу, что после извлечения уже закрепленное воспоминание временно возвращается в нестабильное состояние и нуждается в повторном молекулярном закреплении.
Эта работа не означала, что человеческие воспоминания можно легко стереть. Эксперимент проводился на животных, а ученые вмешивались непосредственно в работу миндалевидного тела при помощи вещества, непригодного для такой терапии у людей.
Но исследование изменило сам взгляд на память. Оказалось, что даже старое воспоминание не обязательно является неизменной записью. После возвращения оно может открывать короткое «окно», в котором мозг способен обновить связанную с ним информацию.
Ученые хотят изменить не событие, а страх перед ним
В случае травмы важно различать содержание воспоминания и эмоциональную реакцию на него.
Человек может помнить, что попал в аварию, оказался под обстрелом или стал жертвой насилия. Эта информация является частью его биографии и помогает понимать произошедшее. Проблема возникает, когда любое напоминание запускает чрезмерную реакцию опасности, хотя реальной угрозы уже нет.
Поэтому современные эксперименты обычно направлены не на удаление самого события, а на ослабление автоматического страха, паники и телесного напряжения.
Именно на этом принципе построены исследования с пропранололом — давно известным препаратом из группы бета-блокаторов. Он уменьшает действие адреналина и норадреналина на организм и способен ослаблять некоторые физические проявления стресса.
В 2018 году Ален Брюне из Университета Макгилла и его коллеги опубликовали в American Journal of Psychiatry результаты двойного слепого рандомизированного исследования с участием 60 взрослых, давно страдавших ПТСР.
В течение шести недель участники раз в неделю получали пропранолол либо плацебо за 90 минут до короткого возвращения к травматическому воспоминанию. После курса симптомы ПТСР сильнее уменьшились в группе пропранолола. Разница между группами по оценке врача составила 11,5 балла, а по анкете, которую заполняли сами пациенты, — 14,58 балла.
Авторы сочли результаты перспективными, но отдельно подчеркнули необходимость повторных исследований, более длительного наблюдения и проверки метода на людях с разными видами травмы.
Позднее исследование дало менее однозначный результат
История с пропранололом хорошо показывает, почему одного успешного эксперимента недостаточно для появления нового лечения.
В 2021 году Паскаль Рулле и его коллеги опубликовали в журнале Neuropsychopharmacology результаты еще одного двойного слепого исследования. В нем участвовали 66 взрослых с длительным ПТСР.
Схема была похожей: в течение шести недель пациенты получали пропранолол или плацебо перед коротким возвращением к травматическому событию.
Симптомы заметно уменьшились в обеих группах. В группе пропранолола снижение составило 39,28%, в группе плацебо — 34,48%. Однако статистически значимого преимущества препарата сразу после лечения ученые не обнаружили.
Интересная особенность появилась только при дополнительном анализе: у пациентов с наиболее тяжелым ПТСР улучшение в группе пропранолола продолжалось и через три месяца, тогда как в группе плацебо симптомы снова усиливались. Но поскольку это относилось лишь к части участников, результат потребовал дальнейшей проверки.
Таким образом, исследования не опровергли саму идею реконсолидации, но показали, насколько трудно управлять ею у людей. Простого напоминания о событии может быть недостаточно. Важно, насколько ярко активировалось воспоминание, возникло ли подходящее «окно» для его обновления и чем именно ученые попытались вмешаться в этот процесс.
Магнитная стимуляция может оказаться более точным инструментом
Новая работа отличается от экспериментов с пропранололом тем, что исследователи воздействовали не на весь организм при помощи лекарства, а на определенную сеть мозга.
Сам по себе метод рТМС уже используется в медицине. Магнитную стимуляцию применяют, в частности, при некоторых формах депрессии, когда стандартное лечение не дает достаточного эффекта.
Однако при ПТСР результаты предыдущих экспериментов были неодинаковыми. Одна из причин заключается в выборе мишени. Мозг каждого человека устроен немного по-разному, а одинаковая точка на поверхности головы может иметь разные связи с глубокими структурами.
Команда Дезачьо попыталась решить эту проблему при помощи персонализированной навигации. Участок стимуляции определяли отдельно для каждого пациента по данным его собственной функциональной МРТ.
Кроме того, процедуру проводили не в произвольный момент, а непосредственно после активации навязчивого воспоминания. Исследователи рассчитывали попасть в период, когда память временно становится более восприимчивой к изменениям.
Это соединение двух подходов — возвращения воспоминания и индивидуально направленной стимуляции сети гиппокампа — и является главным новым элементом работы.
Почему результаты нельзя считать доказательством готового лечения
Несмотря на многообещающий эффект, новое исследование имеет серьезные ограничения.
Прежде всего, в нем участвовали лишь десять человек. При такой выборке даже заметное улучшение может оказаться случайным или зависеть от особенностей конкретных участников.
В работе также не было отдельной контрольной группы, которая проходила бы похожую процедуру без полноценной магнитной стимуляции. Поэтому невозможно точно разделить действие рТМС, эффект регулярного общения с исследователями, влияние самого возвращения к воспоминанию и ожидания пациентов.
Неясно и то, насколько долго сохраняется улучшение. Для оценки нового лечения необходимы более крупные рандомизированные испытания, фиктивная стимуляция для контрольной группы и наблюдение в течение нескольких месяцев или лет.
Сами авторы называют работу исследованием, подтверждающим осуществимость идеи, а не окончательным доказательством ее клинической эффективности. Полный текст работы опубликован в журнале Brain Stimulation.
Метаанализы призывают не торопиться с выводами
В 2021 году Ли Астилл Райт, Джон Маккиннон, Анна Вудворт и их коллеги опубликовали в журнале Translational Psychiatry систематический обзор и метаанализ методов, направленных на закрепление или повторное закрепление травматической памяти.
Исследователи рассмотрели рандомизированные испытания лекарств, гормонов и когнитивных вмешательств, которые применялись до или после активации неприятного воспоминания.
Авторы обнаружили несколько перспективных подходов, включая применение гидрокортизона, некоторые методы переработки травматической памяти и задания, мешающие повторному закреплению навязчивых зрительных образов.
Однако качество доказательств заметно различалось. Исследования часто включали мало участников, применяли разные процедуры и по-разному оценивали результат. Поэтому авторы не смогли назвать вмешательство в реконсолидацию надежно доказанным универсальным способом лечения ПТСР.
Это не означает, что направление зашло в тупик. Скорее, ученые пока пытаются понять, при каких условиях память действительно становится доступной для изменения.
Почему помогает даже простое возвращение к воспоминанию
Особенно интересный результат исследования Рулле состоял в том, что симптомы уменьшились и у людей, получавших плацебо.
Возможно, эффект давало само структурированное возвращение к травматической памяти в безопасной обстановке. Этот принцип давно используется в психотерапии.
При экспозиционной терапии человек постепенно сталкивается с воспоминаниями, предметами или ситуациями, которых привык избегать. Со временем мозг усваивает новую информацию: воспоминание существует, но непосредственной угрозы сейчас нет.
Однако угасание страха и реконсолидация — не совсем одно и то же.
При обычном угасании старая связь между сигналом и опасностью, вероятно, не исчезает полностью. Рядом с ней возникает новая связь: «этот сигнал теперь безопасен». Поэтому страх иногда возвращается после сильного стресса, длительного перерыва или смены обстановки.
Вмешательство в реконсолидацию теоретически должно менять саму исходную эмоциональную память. На практике провести четкую границу между этими двумя процессами у человека пока трудно.
Можно ли стереть один конкретный день
На сегодняшний день ученые не умеют выбирать отдельное человеческое воспоминание и удалять его, как файл с компьютера.
Любое важное событие распределено между множеством систем мозга. Гиппокамп связывает его с обстоятельствами, миндалевидное тело участвует в эмоциональной реакции, сенсорные области хранят зрительные и звуковые детали, а кора соединяет произошедшее с другими знаниями и личным опытом.
Кроме того, болезненное воспоминание может выполнять защитную функцию. Оно напоминает человеку об опасности и помогает не повторять прежних ошибок. Полное удаление события могло бы затронуть не только страдание, но и важную часть личной истории.
Именно поэтому реальная цель исследователей гораздо скромнее фантастических сюжетов о стирании памяти: сохранить знание о случившемся, но сделать так, чтобы оно перестало каждый раз запускать панику и ощущение неминуемой угрозы.
Что новое исследование действительно меняет
Работа с десятью пациентами пока не доказывает, что персонализированная магнитная стимуляция станет новым стандартом лечения ПТСР.
Но она объединяет сразу несколько важных идей, накопленных наукой за четверть века.
Исследование Карима Надера показало, что возвращенное воспоминание может временно становиться нестабильным. Клинические эксперименты Алена Брюне и других групп подтвердили, что активацию травматической памяти можно сочетать с лечением, хотя результаты пока противоречивы. Новая работа добавила к этому точное воздействие на индивидуально выбранную сеть мозга.
Ученые не научились удалять самые страшные дни из человеческой жизни. Однако появляется всё больше данных о том, что воспоминание не обязано навсегда сохранять ту эмоциональную силу, с которой оно возникло.
Человек может продолжать помнить случившееся — и при этом постепенно перестать переживать его заново.