19 апреля 1917 года немецкая подводная лодка UC-30 почти добралась домой. Она возвращалась после неудачной миссии к берегам Ирландии: из-за проблем с двигателем экипаж развернул корабль обратно в Германию. До базы оставалось совсем немного.

Но у датского острова Рёмё подлодка наткнулась на британскую мину и затонула. Все 27 членов экипажа погибли. Вместе с ними на дно ушли 18 морских мин и шесть торпед.

Прошло больше века. Металл постепенно проржавел, корпуса боеприпасов начали разрушаться — и теперь учёные обнаружили, что тротил из затонувшей подлодки попадает в воду, морское дно и живые организмы. Об этом сообщили исследователи Орхусского университета.

Подлодку нашли только через сто лет

UC-30 относится к типу немецких минных подводных лодок времён Первой мировой войны. Их задача заключалась не только в атаке торпедами: они тайно выставляли морские мины на маршрутах вражеских кораблей.

Поэтому на борту UC-30 находился внушительный запас взрывчатки.

После гибели точное местоположение лодки надолго оказалось забыто. Обломки обнаружил датский дайвер Герт Норманн Андерсен только в 2016 году — почти через сто лет после катастрофы. Позднее UC-30 включили в международный исследовательский проект NorthSeaWrecks, посвящённый экологическим рискам затонувших военных кораблей.

Исследователей интересовала уже не столько история самого судна, сколько то, что происходило внутри него. Морская вода десятилетиями разъедала сталь. Ржавеют не только корпуса кораблей, но и оболочки мин, торпед и других боеприпасов. В какой-то момент содержащиеся в них химические вещества начинают напрямую контактировать с окружающей средой.

Тротил нашли и в воде, и в морских организмах

Добраться до лодки обычным исследователям было непросто: гражданские погружения на место крушения запрещены. Поэтому образцы помогали собирать водолазы датского военно-морского флота.

Они взяли воду и донные отложения возле подлодки, а также морских звёзд и мидий, живущих непосредственно на обломках или рядом с ними. Водолазы одновременно снимали состояние корпуса и боеприпасов, чтобы исследователи могли понять, насколько сильно они разрушены.

Анализ показал присутствие соединений, связанных с TNT, в воде, осадках и морских организмах. Подробности исследования приводит ScienceDaily.

По словам исследователей, загрязнение уже происходит. Пока речь идёт прежде всего о локальном воздействии вокруг самих обломков. Но ситуация может ухудшаться: чем сильнее корродируют металл и корпуса боеприпасов, тем больше взрывчатого вещества оказывается открыто морской воде.

Даже очень малые концентрации заметны для мидий

Отдельная работа, опубликованная в журнале Marine Pollution Bulletin, показывает, почему такие утечки нельзя считать безобидными просто из-за низкой концентрации вещества.

Исследователи помещали голубых мидий в специальные клетки возле трёх военных кораблекрушений в Северном море и оставляли их там на несколько недель. Затем животных изучали в лаборатории.

Концентрации TNT в воде и донных отложениях измерялись на уровне нанограммов на литр — это чрезвычайно небольшие количества. Тем не менее у мидий обнаружили изменения активности ферментов, связанных с антиоксидантной защитой и обезвреживанием токсичных соединений. Исследователи также увидели признаки накопления продуктов обмена веществ в клетках пищеварительной системы.

Иными словами, загрязнение оказалось достаточно небольшим, чтобы человек, вероятно, никогда не заметил его невооружённым глазом, но достаточно значительным, чтобы оставить измеримый биологический след.

Авторы работы считают это свидетельством хронического экологического риска от военных обломков, содержащих боеприпасы.

И UC-30 — далеко не единственная

Исследователи ранее составили для датских природоохранных властей карту исторических кораблекрушений. Только в датских водах насчитали 10 127 затонувших судов. Около 15% относятся к периоду Первой и Второй мировых войн или непосредственно к годам вокруг них.

На части этих кораблей всё ещё могут находиться боеприпасы, топливо и другие загрязняющие вещества.

Масштаб проблемы ещё лучше виден по соседней Германии. По оценкам, только в немецких частях Северного и Балтийского морей после мировых войн осталось около 1,6 млн тонн обычных боеприпасов. Большая их часть была намеренно затоплена после Второй мировой войны, однако дополнительный источник загрязнения — именно затонувшие военные корабли и самолёты.

Десятилетиями это наследие войны фактически оставалось законсервированным под водой. Теперь срок такой «консервации» постепенно заканчивается.

Просто взорвать боеприпасы тоже нельзя

На первый взгляд решение кажется очевидным: найти старые мины и торпеды и уничтожить их.

Но под водой всё намного сложнее. Взрыв способен мгновенно выбросить загрязняющие вещества в окружающую среду и разнести их течением. Ударная волна представляет опасность и для морских животных. Поэтому в некоторых местах подрыв боеприпасов на дне может причинить больше вреда, чем их постепенная коррозия.

Поднимать их на поверхность тоже дорого и опасно. Боеприпасы, пролежавшие под водой восемь или десять десятилетий, могут находиться в крайне нестабильном состоянии.

Поэтому сейчас исследователи пытаются прежде всего понять, какие объекты представляют наибольшую угрозу. Частично погребённый песком корабль может почти не контактировать с водой, тогда как открытый и сильно разрушенный корпус с торчащими из него боеприпасами требует совершенно другого внимания.

Один из вариантов на будущее — подводные роботы. Они смогут обследовать обломки, составлять точные карты расположения боеприпасов, следить за их разрушением, а в некоторых случаях даже поднимать отдельные опасные предметы со дна.