Охота закончена, еда съедена, темнеет. Но расходиться спать ещё рано. Несколько человек остаются у огня — и начинают общаться. Ну как умеют.
Кто-то вспоминает неудачную охоту. Кто-то рассказывает, что сделал другой член группы. Кто-то пересказывает смешной случай, произошедший несколько дней назад. А потом, возможно, появляются истории о людях, которых сейчас вообще нет рядом.
Именно в подобных вечерних разговорах человеческая речь могла сделать один из важнейших шагов в своей эволюции. Такую необычную гипотезу предложили приматолог Кэтрин Хобайтер из Сент-Эндрюсского университета и антрополог Натаниэл Домини из Дартмутского колледжа. Их работа Firelight and the origins of spoken language опубликована 2 сентября в журнале Proceedings of the Royal Society B.
Но зачем людям вообще понадобилась речь?
На первый взгляд ответ кажется очевидным. Чтобы договориться, куда идти на охоту, предупредить об опасности, показать, где искать пищу, научить детей пользоваться орудиями.
Однако именно здесь авторы новой работы видят проблему.
Исследования человекообразных обезьян показывают, что многие довольно сложные задачи можно решать и без человеческой речи. Приматы способны осваивать навыки, использовать жесты, учиться друг у друга, координировать действия и ориентироваться в социальных отношениях. Хобайтер много лет изучает именно жестовое общение человекообразных обезьян, и накопленные данные заставляют задаться простым вопросом: если для решения огромного количества практических задач полноценный язык не обязателен, что заставило наших предков его развивать?
Хобайтер и Домини предлагают неожиданный ответ: возможно, особенно сильным стимулом оказались не дневные практические задачи, а свободные вечерние разговоры у огня.
Огонь подарил людям новое время суток
Контроль над огнём изменил человеческую жизнь не только потому, что позволил готовить пищу, согреваться и отпугивать хищников.
Он фактически создал новое время суток.
После захода солнца люди получили дополнительные часы, которые можно было проводить вместе. Авторы нового исследования оценивают такое продление социальной активности примерно в четыре часа. При этом заниматься большей частью дневных дел в темноте было трудно. Зато можно было сидеть рядом и разговаривать.
Что происходит с человеческим общением в таких условиях, хорошо показало исследование антрополога Полли Висснер. В 2014 году она опубликовала в PNAS работу, основанную на наблюдениях за жуцъоанси — охотниками-собирателями юга Африки. Исследовательница сравнила 174 дневных и вечерних разговора и дополнила их 68 подробно записанными рассказами.
Разница оказалась впечатляющей.
Днём люди чаще обсуждали практические дела и поведение окружающих. Около трети разговоров касались хозяйственных вопросов, ещё значительную часть занимали жалобы, критика и обсуждение поступков других членов сообщества — то есть то, что вполне можно назвать бытовыми сплетнями.
Но вечером у огня характер общения менялся. Висснер обнаружила, что подавляющую часть продолжительных групповых разговоров составляли уже истории: о знакомых людях, необычных происшествиях, опасностях, путешествиях и событиях прошлого. Рассказчики вспоминали то, что произошло далеко от этого места и много раньше этого вечера, а остальные слушатели дополняли и обсуждали рассказ.
Поэтому со «сплетнями у костра» есть любопытный нюанс. В буквальном смысле обсуждение чужого поведения у изученных Висснер людей чаще происходило днём. Но именно вечером рассказы о других людях превращались во что-то гораздо более сложное — в полноценные истории.
А для эволюции языка это может быть принципиально важно.
Попробуйте показать жестами то, чего здесь нет
Чтобы предупредить другого человека об опасности, часто достаточно крика или движения.
Чтобы показать, где лежит еда, можно указать рукой.
Но попробуйте без развитого языка рассказать собеседнику, как три дня назад отсутствующий сейчас член группы встретил хищника в нескольких километрах отсюда, что он сделал, чем всё закончилось и почему остальные потом над ним смеялись.
Ни хищника, ни места, ни героя рассказа перед слушателями нет.
Нужно каким-то образом обозначить отсутствующего человека, выстроить последовательность событий, показать причинно-следственные связи, отделить прошлое от настоящего и удержать внимание тех, кто слушает историю.
Такое общение учёные называют «смещённым»: речь идёт не о том, что происходит непосредственно здесь и сейчас. И именно здесь простых сигналов и жестов становится всё меньше.
Авторы новой гипотезы предполагают, что желание рассказывать подобные истории могло создавать давление в пользу всё более богатой, абстрактной и гибкой системы коммуникации. Иными словами, человеческий язык мог развиваться не только потому, что нашим предкам надо было эффективнее охотиться, но и потому, что им хотелось рассказывать друг другу о том, что случилось вчера.
Почему именно костёр?
Хобайтер и Домини пошли дальше и попытались разобраться, чем сама обстановка у огня могла отличаться от дневного общения.
Оказалось, значение может иметь даже физика пламени.
Во-первых, спектр света костра сильно отличается от дневного света: в нём мало синей составляющей. Это позволяет продлевать активность после наступления темноты, меньше вмешиваясь в естественные механизмы подготовки организма ко сну.
Во-вторых, пламя постоянно мерцает. Исследователи провели высокоскоростную съёмку костра и обнаружили характерные колебания примерно в диапазоне от 1,4 до 2,7 Гц. Из нейрофизиологических исследований известно, что ритмический зрительный сигнал способен влиять на синхронизацию активности мозга.
Отсюда возникает ещё одна — пока совершенно не доказанная — часть гипотезы Хобайтер и Домини: мерцание огня могло помогать людям концентрировать внимание на происходящем и способствовать синхронизации поведения рассказчика и слушателей.
Есть и более простой эффект. Люди сидят вокруг костра и видят друг друга, но между ними находится постоянно движущееся пламя. Оно способно закрывать руки и другие части тела собеседника, делая тонкие жесты менее надёжным способом общения.
Голос такой проблемы не имеет.
Получается любопытная эволюционная сцена: костёр собирает людей вместе, добавляет несколько часов свободного времени, немного мешает общаться жестами и одновременно создаёт обстановку, в которой особенно хорошо рассказывать длинные истории.
Появление речи у костра только гипотеза
Хобайтер и Домини не нашли «место рождения языка» и не доказали, что человеческая речь возникла именно вечером около огня. Их работа представляет собой теоретическую гипотезу, которая объединяет данные приматологии, антропологии, нейробиологии и исследования физических свойств костра.
Однако сама гипотеза предлагает интересный взгляд на старый вопрос. Мы привыкли считать, что такая сложная вещь, как человеческая речь, непременно должна была появиться ради чего-то крайне полезного: охоты, выживания, изготовления орудий или предупреждения об опасности.
Но возможно, всё было немного проще и человечнее.
Нашим далёким предкам просто очень хотелось рассказать остальным, что вчера натворил один общий знакомый.